Что значит убийство из хулиганских побуждений? Побои из хулиганских побуждений Квалифицирующий признак из хулиганских побуждений.

19.05.2020 Кредиты

МОТИВ В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, СОВЕРШАЕМЫХ ИЗ ХУЛИГАНСКИХ ПОБУЖДЕНИЙ

Павлов О.П., соискатель кафедры уголовного права

Ростовский юридический институт МВД РФ

Аннотация: В статье исследуется вопросы, связанные с уголовно-правовой характеристикой состава хулиганства. Особое внимание уделяется изучению российской уголовноправовой доктрины в контексте определения хулиганских побуждений.

Ключевые слова: преступление, мотив, цель, хулиганство, общественная опасность.

Хулиганские побуждения выступают в качестве конститутивного либо квалифицирующего признака составов преступлений, ответственность за совершение которых предусмотрена различными статьями Особенной части УК РФ: п. «и» ч. 2 ст. 105 «Убийство»; п. «д» ч. 2 ст. 111 «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью»; п. «д» ч. 2 ст. 112 «Умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью»»; ч. 2 ст. 115 «Умышленное причинение легкого вреда здоровью»; ч. 2 ст. 116 «Побои»; ч. 2 ст. 167 «Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества»; ст. 215.2 «Приведение в негодность объектов жизнеобеспечения»; 6т. 245 «Жестокое обращение с животными». При этом термин «мотив» в этих случаях заменяется «побуждениями». Для определения хулиганских побуждений обычно принято обращаться к ст.213 УК. Несмотря на то, что, диспозиция данной нормы не упоминает о мотивах этого преступления, формулировка объективной стороны хулиганства определенным образом раскрывает также и содержание интеллектуального момента субъективной стороны - сознание виновного, что его действия грубо нарушают общественный порядок и выражают явное неуважение к обществу. Термин «хулиганские побуждения» приобрел свое содержание применительно к субъективной стороне хулиганства. Поэтому, исходя из диспозиции ст.213 УК, следует вывод, что в самой общей форме хулиганские побуждения - это мотив, в основе которых лежало стремление виновного грубо нарушить общественный порядок, выразить явное неуважение к обществу.

Несколько иного взгляда на этот счет придерживается И.Я. Козаченко. Он полагает, что «внутренняя сила, побуждающая виновного к совершению конкретного хулиганского проявления, может сводиться не к одному, а к множеству мотивов, называемых в уголовном праве хулиганскими побуждениями и выступающих в каждом случае либо раздельно, либо в определенном сочетании, либо в совокупности с иными, не хулиганскими побуждениями - корыстью, гневом, завистью, ревностью и др.»1.

Против такой подмены понятия «мотив» преступления выступает А.П. Тузов. Он полагает, что такая

формулировка не дает возможности разграничения мотивов и побуждений. «Отождествление побуждений и мотивов, - пишет А.П. Тузов, - ведет также к стремлению сгруппировать различные элементы мотивации преступного поведения, которые не всегда выступают мотивами преступления» .

В российской уголовно-правовой доктрине вопрос определения хулиганских побуждений по-прежнему относится к числу спорных. Причина разногласий видится в том, что, во-первых, хулиганский мотив многолик и именно это обстоятельство придаёт ему особую сложность, затрудняет его определение и отграничение от других побуждений; во-вторых, хулиганство зачастую сопряжено с другими преступлениями, а это предполагает сочетание и некоторое смешение во многом сходных побуждений; в-третьих, в ст. 213 УК РФ соответствующие побуждения не определяются, а лишь указывается их внешнее проявление в виде явного неуважения к обществу.

По нашему мнению, последнее из выделенных обстоятельств является существенным упущением законодателя, непосредственно отражающимся на правильности квалификации и, как следствие, единообразном правоприменении.

В юридической литературе высказано мнение, что под хулиганскими мотивами следует понимать побуждения, в основе которых лежит стремление грубо нарушить общественный порядок, выразить свое неуважение к обществу4. Некоторые авторы расширяют это определение, делая акцент на форме выражения пренебрежительного отношения. В частности, Ю.М. Антонян дает такое определение хулиганским побуждениям: стремление в вызывающей форме проявить себя, выразить пренебрежение к обществу, другим людям, законам и правилам человеческого общежития5.

Ряд авторов сводят содержание хулиганских побуждений лишь к озорству,6 хотя анализ судебной практики показывает, что помимо озорства, хулиганские мотивы могут быть выражены в желании обратить на себя внимание, показать свое превосходство над окружающими, свою безнаказанность и т.п.

Некоторые исследователи7 делают вывод, что решающее значение в определении содержания хулиганских мотивов имеют личностные особенности. Однако проявляются эти мотивы под влиянием определенной жизненной ситуации, обстоятельств, сопровождающих совершение преступления.

В юридической литературе существует также точка зрения, что никаких хулиганских побуждений или хулиганских мотивов вообще не существует, а есть истероидное стремление защитить, обеспечить свое бытие, подтвердить себя в качестве социального и биологического существа, т.е. тот же мотив утверждения8.

На наш взгляд, с такой позицией согласиться вряд ли возможно. Совершая, например, убийство по хулиганским мотивам, виновный не стремится себя защитить, а получает удовлетворение от са-

БИЗНЕС В ЗАКОНЕ

мого факта умышленного лишения жизни другого человека.

В научной литературе отмечалось, что хулиганство является безмотивным преступлением и может рассматриваться как «особого рода настроение», отражающее негативные качества личности, возникающие на почве невежества и неуважения к личности и обществу. Такую позицию отстаивали А.Н. Трайнин, В.Я. Гуревич и другие исследователи на Собрании русской группы Международного союза криминалистов9.

По этому поводу М. П. Чубинский высказал такую мысль. Исходя из разнообразия признаков, вкладываемых в уголовно-правовое понятие хулиганства, он установил его связь как видового понятия с родовым понятием «опасного состояния преступности». М.П. Чубинский исходил из того, что опасность хулиганства характеризуется, в первую очередь, не объективными признаками, а внутренними психическими процессами, происходящими в сознании хулигана. Следовательно, такое деяние могут совершать только лица с четко выраженной антиобщественной хулиганской направленностью10.

Безмотивность хулиганства нередко связывалась с отсутствием явных внешних поводов на его совершение11. Предполагалось, что повод, являясь внешней причиной преступления, всегда тесно связан с внутренними побуждениями виновного лица. На первый взгляд, вследствие отсутствия явного повода либо его малозначительности к совершению действий, связанных с применением насилия над личностью, уничтожением, повреждением чужого имущества, поражает очевидная бессмысленность хулиганских действий. Важно отметить, что в этом отношении особенность хулиганского мотива с присущей ему резко антисоциальной направленностью, грубым неуважением к обществу и нормам морали заключается в том, что это побуждение не требует какого-то определенного повода для того, чтобы оно проявилось во вне. Личные стремления и интересы лица, совершающего хулиганские действия, приобретают форму разнузданного эгоизма, крайнего индивидуализма и полного пренебрежения к другим. Фактические побуждения лица на совершение хулиганства выражаются в стремлении удовлетворить свои низменные, довольно часто весьма незначительные потребности, игнорируя правила приличия и благопристойности, грубо нарушая общественный порядок.

«На самом деле, - пишет Б.С. Волков, - хулиганские побуждения имеют свою, особую, характерную для них социальную детерминацию, которая заключается не столько во внешних обстоятельствах совершения преступления, сколько во внутренних условиях, определяемых социально-

психологическими особенностями личности и обстоятельствами ее нравственного формирова-ния»12.

И.Я. Козаченко отмечает, что если хулиганские действия виновный совершает по незначительному

поводу, «в данном случае нельзя говорить о безмотивном поведении, так как к моменту возникновения подобного повода или задолго до него у виновного сформировались хулиганские побуждения, определяющие характер его действий».13

Утверждения относительно возможности отнесения хулиганства к безмотивным преступлениям признаются небесспорными и по тем основаниям, что все умышленные преступления мотивированы. Такого мнения придерживается большинство авторов. Следовательно, и хулиганству, которое является умышленным преступлением, присущ мотив.

Вместе с тем, при квалификации преступления недопустимо делать вывод о хулиганских побуждениях его совершения только на основании отсутствия каких-либо иных мотивов либо мотивов вооб-ще14. Данная квалификация является подтверждением поверхностной работы органов расследования, так как любое деяние мотивированно, если только оно не совершено невменяемым человеком. Кроме того, хулиганский мотив, имея определённое содержание, не является безликим либо отображающим только безмотивность деяния. Напрашивается утверждение, что такой вывод практических работников во многом обусловлен незнанием содержания хулиганских побуждений, что, в свою очередь, вызвано отсутствием соответствующего определения в уголовном законе.

Думается, что особенность хулиганских побуждений и совершенных на их основе действий заключается в том, что хулиганские побуждения формируются под влиянием непосредственной ситуации, можно объяснить доминированием в психологической структуре личности определенных заложенных природой качеств и свойств, так как у двух людей, воспитанных в одинаковых условиях, может быть различающаяся реакция на возникшую тождественную ситуацию. И дело не в том, что хулиганские мотивы формируются под влиянием конкретной ситуации, а в том, что человек зачастую использует ту или иную ситуацию для проявления своих внутренних, подсознательных особенностей, а иногда и создает ее.

Именно незначительный характер хулиганских побуждений делает их особенно низменными и эгоистичными, а совершенное убийство особенно тяжким.

Незначительный характер хулиганских побуждений убийства нагляднее всего раскрывается через повод, с которым виновный связывает свое поведение. В убийстве из хулиганских побуждений внешне видимым основанием к совершению преступления выступает какое-либо само по себе малозначительное обстоятельство, которое находится в полном несоответствии с совершенным действием и наступившими последствиями.

Вследствие кажущегося отсутствия или малозначительности непосредственного повода в юридической литературе сложилось мнение, согласно которому признание "хулиганских побуждений" мотивом деяния означает признание того, что мотив

либо не обнаружен, либо деяние безмотивное. В поддержку этого приводятся следующие данные. Из числа осужденных за квалифицированные убийства по ч. 2 ст. 105 УК РФ на мотив "из хулиганских побуждений" в среднем приходится 10%. Однако сами осужденные почти в 100% случаев не могут объяснить суть данного мотива. Многие из них связывают это с состоянием алкогольного опьянения или наркотического одурманивания в момент совершения убийства, с нанесенной им обидой, оскорблением, ссорой, нецензурной бранью и т.п.15

Видимо, суды, устанавливая мотив убийства в тех случаях, когда это не удается, ссылаются на хулиганские побуждения. В приговорах судов, как правило, пояснения по этому поводу не дается. Поиск истинного мотива, когда это затруднено, облегчается ссылкой на хулиганские побуждения.

В то же время не отсутствие других мотивов позволяет квалифицировать убийство как совершенное из хулиганских побуждений, а доказанность именно хулиганского мотива. Если же этот мотив по делу не установлен, то действия виновного следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Таким образом, "отсутствие" в ряде случаев мотива убийства является результатом поверхностного предварительного расследования и судебного разбирательства.

Бесспорно, хулиганский мотив многолик, при этом надежный механизм "распознания" мотивов при совершении хулиганских действий отсутствует. Все это придает названному побуждению особую сложность, в связи с чем, в следственной и судебной практике допускается немало ошибок.

Список литературы:

1. Антонян Ю.М. Психология убийства. М., 2000. С. 270.

2. Антонян Ю.М. Убийство ради убийства. С. 269.

3. Бажанов М.А., Ткаченко В.И. Квалификация хулиганства по советскому уголовному праву // Сов. государство и право. 1958. N 4. С. 134.

4. Волков Б. С. Мотивы преступлений. Казань, 1982. С. 49.

5. Волков Б.С. Мотив и квалификация преступления. Казань, 1968. С. 51.

6. Волков Б.С. Мотивы преступлений. С. 53.

7. Козаченко И.Я. Квалификация хулиганства и отграничение его от смежных составов преступлений. С. 30.

8. Козаченко И.Я. Квалификация хулиганства и отграничение его от смежных преступлений. С. 28.

9. Макринская В. И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь (Сравнительно-правовые аспекты). 2006. С. 23.

10. Наумов А. В. Мотивы убийств. С. 51.

11. Прокопович В. Уголовная ответственность за хулиганство // Советская юстиция. 1974. № 19. С. 25-26.

12. Тузов А. П. Мотивация противоправного поведения несовершеннолетних. Киев, 1982. С. 67, 69.

13. Яценко С. Квалификация хулиганства //Советская юстиция. 1972. № 13. С. 8.

Рецензия

Представленная на рецензирование работа выполнена на актуальную тему. В российской уголовно-правовой доктрине вопрос определения хулиганских побуждений по-прежнему относится к числу спорных. Причина разногласий видится в том, что, во-первых, хулиганский мотив многолик и именно

это обстоятельство придаёт ему особую сложность, затрудняет его определение и отграничение от других побуждений; во-вторых, хулиганство зачастую сопряжено с другими преступлениями, а это предполагает сочетание и некоторое смешение во многом сходных побуждений; в-третьих, в ст. 213 УК РФ соответствующие побуждения не определяются, а лишь указывается их внешнее проявление в виде явного неуважения к обществу. Последнее из выделенных обстоятельств является существенным упущением законодателя, непосредственно отражающимся на правильности квалификации и, как следствие, единообразном правоприменении. Таким образом, представленная на рецензирование работа является как актуальным научным исследованием, так и статьей имеющей прикладной характер.

Автор, по нашему мнению, делает абсолютно верное заключение о том, что при квалификации преступления недопустимо делать вывод о хулиганских побуждениях его совершения только на основании отсутствия каких-либо иных мотивов либо мотивов вообще. Данная квалификация является подтверждением поверхностной работы органов расследования, так как любое деяние мотивированно, если только оно не совершено невменяемым человеком. Кроме того, хулиганский мотив, имея определённое содержание, не является безликим либо отображающим только безмотивность деяния. Автор указывает на отсутствие в уголовном законодательстве определения хулиганских побуждений и предлагает свою конструкцию данной дефиниции.

Принимая во внимание изложенное, считаем проведенные автором исследования, имеющими научную и практическую ценность, а статью - заслуживающей опубликования научном издании.

Доктор юридических наук, профессор кафедры административного права РЮИ МВД России Позднышов А.Н.

1 Козаченко И.Я. Квалификация хулиганства и отграничение его от смежных составов преступлений. С. 30.

2 В связи с этим он определяет мотивы преступлений как «связанные с удовлетворением определенных потребностей антисоциальным способом активные состояния человеческой психики, состояния побуждения личности, которые определяют ее общественно опасное поведение» (Т у з о в А. П. Мотивация противоправного поведения несовершеннолетних. Киев, 1982. С. 67, 69).

3 Волков Б.С. Мотив и квалификация преступления. Казань, 1968. С. 51.

4 Наумов А. В. Мотивы убийств. С. 51.

5 Антонян Ю.М. Убийство ради убийства. С. 269.

6 Бажанов М.А., Ткаченко В.И. Квалификация хулиганства по советскому уголовному праву // Сов. государство и право. 1958. N 4. С. 134.

7 Волков Б.С. Мотивы преступлений. С. 53.

8 Антонян Ю.М. Психология убийства. М., 2000. С. 270.

9 Отчет Х Общего собрания русской группы Международного союза криминалистов. С. 105-130, 155-168.

10 Там же. С. 3-4, 131-153.

11 Яценко С. Квалификация хулиганства //Советская юстиция. 1972. № 13. С. 8; Пр окоп ович В. Уголовная ответственность за хулиганство // Советская юстиция. 1974. № 19. С. 25-26.

12 Волков Б. С. Мотивы преступлений. Казань, 1982. С. 49.

13 Козаченко И.Я. Квалификация хулиганства и отграничение его от смежных преступлений. С. 28.

14 Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 2. С. 22.

15 Макринская В. И. Вопросы уголовно-правовой защиты права на жизнь (Сравнительно-правовые аспекты). 2006. С. 23.

Декриминализация ст.116 УК РФ, произведенная властями в феврале 2018 года, стала обсуждаемым событием в юридическом мире.

Новости об изменениях в уголовном законодательстве были восприняты обществом неоднозначно.

Некоторые посчитали это правильным шагом, которое сделает законодательство более демократичным, другие, напротив – увидели в таких изменениях уступки потенциальным преступникам.

Положения статьи 116 УК РФ

В буквальном смысле декриминализации статьи не произошло – она была сохранена в УК РФ, однако объективная сторона, т.е. непосредственные действия, которые могут быть расценены как уголовно наказуемые, претерпела изменения.

В настоящий момент ст.116 УК РФ предусматривает наказание за побои либо иные насильственные действия, которые хотя и причинили пострадавшему телесную боль, но не вызвали увечий, чтобы содеянное явилось лёгким вредом для здоровья (ст.115 УК РФ).

УК РФ не раскрывает критериев, которые бы относили причинённый вред к категориям тяжести. Подобные сведения необходимо искать в подзаконных источниках.

Классифицировать деяние как причинение лёгкого вреда необходимо с учётом критериев, установленных Минздравсоцразвитием РФ. Ведомство определяет, что лёгкий вред – это такое расстройство здоровья, которое является кратковременным (до 21 дня), либо которое влечёт незначительную (до 10%) утрату трудоспособности.

Если такие последствия от физического воздействия на пострадавшего не наступают, то преступление может расцениваться как побои, а не как деяние, предусмотренное ст.115 УК РФ.

Важно отметить, что ни побои, ни лёгкий вред, не несут для организма критических нарушений его функций и носят исключительно временный, проходящий характер.

Важно понимать: для применения ст.116 УК РФ одного факта физического воздействия недостаточно – важен еще и мотив, т.е. психологический фактор, сподвигший преступника на совершение данного деяния.

Чтобы состав преступления был образован, деяние должно быть совершено:

  • из хулиганских побуждений (т.е., с целью явно противопоставить себя обществу или устоям общества);
  • исходя из мотивов личной неприязни к какой-либо социальной общности;
  • исходя из расовой ненависти либо религиозной, политической или идеологической вражды.

В том же случае, если физическое воздействие было совершено исходя из каких-либо иных целей, либо цель вообще не была определена, то квалифицировать содеянное по ст.116 УК РФ будет нельзя.

Например, человек, находящийся «подшофе», ударил собутыльника, потому что принял его на «зелёного чертика», которые ему всюду мерещились под воздействием алкоголя.

В данном случае, говорить о том, что у такого буяна были мотивы, перечисленные в рассматриваемой статье, нельзя, несмотря на то, что пострадавший остался с синяком под глазом.

Если нанесение побоев сопровождалось угрозами убить или серьезно покалечить, то деяние будет образовывать совокупность статей 116 и 119 УК РФ.

Стоит отметить: угроза в отношении потерпевшего должна быть реальной, а не мнимой – он должен восприниматься подобную угрозу как вполне осуществимую в рамках тех обстоятельств, в которой она была высказана.

Совокупность повлечёт гораздо более строгое наказание.

Классификация побоев

Какие физические увечья на пострадавшем могут свидетельствовать о том, что он перенёс именно «побои»?

В том случае, если негативные последствия для организма не дотягивают, чтобы квалифицировать деяние по ст.115 УК РФ как лёгкий вред, то чтобы привлечь виновника по ст.116 УК РФ, достаточно зафиксировать на теле пострадавшего следующие повреждения:

  • поверхностные ушибы;
  • синяки, кровоподтёки;
  • ссадины;
  • небольшие поверхностные раны;
  • иные повреждения.

Данный список не является исчерпывающим, но главный момент квалификации деяния именно как побоев – ненаступление вреда, который бы мог быть расценен как лёгкий.

Конечно, уголовное наказание предусмотрено и на тяжкий вред, и за вред средней тяжести, однако для этих составов физический вред гораздо более значителен и не может быть ошибочно отнесен к побоям.

Изменения в статье

Последние произошедшие изменения статьи урезали широту её применения.

Ранее в ст.116 УК РФ содержалась фраза «…в отношении близких лиц». Т.е., если побои или иные зловредные для организма человека физические воздействия совершались в отношении членов семьи, то это являлось уголовно наказуемым.

Сейчас же, фраза о «близких лицах» из закона исключена, и привлечение к ответственности по статье стало возможным только при доказанности хулиганских побуждений или иных мотивов ненавистничества по отношению к отдельным социальным общностям, национальностям или группам.

К «близким лицам» относятся:

  • родственники (родители, супруги, дети, братья/сёстры, бабушки/дедушки), а равно опекуны и попечители;
  • усыновители и усыновлённые/удочерённые;
  • лица, которые состоят в свойстве с лицом или ведут с ним общее хозяйство.

Иными словами, из поля зрения уголовного закона выведено так называемое «внутрисемейное насилие». Т.е., рукоприкладство мужа в отношении своей жены, если он не изобьёт её до такой степени, что это можно квалифицировать уже по другим статьям, то не будет караться уголовными санкциями.

Сейчас, максимум, что может грозить такому семейному тирану – это ответственность административная, которая является более мягкой и не влечёт столь негативных последствий.

Что значит декриминализация


Декриминализация означает, что некоторые деяния выводятся за пределы регулирования УК РФ, и ответственность за них либо исключается вообще, либо переводится в зону ведения КоАП.

Ответственность административная, хотя тоже и являет собой мало приятного, но выступает «ступенькой вниз» в иерархии строгости.

Например, ранее в уголовном кодексе была ст.130, которая предусматривала уголовную ответственность за оскорбление. Потом статья была исключена из УК РФ (деяние было декриминализовано), и теперь оскорбление может повлечь более мягкую административную ответственность.

Относительно ст.116 УК РФ – здесь произошла лишь частичная декриминализация. Статья в УК РФ сохранена, однако из неё исключены некоторые положения, относительно побоев близких лиц, и теперь она может применяться более сужено, нежели раньше.

С точки зрения законодателя, декриминализация помогает снизить нагрузку на судебную систему, сосредоточив её внимание на более «опасных» уголовных статьях.

Второй момент – не подвергать лиц, которые совершили незначительные по своей общественной опасности деяния от уголовно-исправительной системы, суровость которой, по смыслу авторов закона, не соответствует столь мелким деяниям.

Некоторые люди видят в декриминализации поблажки семейным тиранам, которые будут чувствовать себя теперь более вольготно, ведь над ними не будет висеть, словно дамоклов меч, уголовный закон.

Только время покажет, правильным ли было решение смягчить закон. Система права РФ уже знает случаи, когда декриминализированные через некоторые время появилось там вновь. Речь о таком преступлении, как «Клевета», которая сейчас вновь обрела своё место в уголовном законе.

Смотрите видео, в котором юрист разъясняет особенности декриминализации ст.116 УК РФ:

Хулиганский мотив занимает особое место в мотпвацнонной структуре преступности. Это одни из распространенных мотивов совершения преступлений. Он является основным стимулом совершения хулиганских действий, занимающих в структуре преступности одно из первых мест. Большое распространение хулиганский мотив имеет и в делах о преступлениях против личности. Четвертая часть всех убийств совершается из хулиганских побуждений. Хулиганские побуждения - довольно распространенные мотивы телесных повреждений п других преступлений против личности. Поэтому правильное понимание хулиганского мотива имеет важное значение для квалификации совершенных на основе этого мотива преступлений и укрепления социалистической законности.

Специфичен этот мотив и по своему социально-психологическому содержанию. Вряд ли, пожалуй, можно найти какой-либо другой мотив, который бы с точки зрения его социально-психологического содержания и формам проявления был бы так многообразен и вызывал такую сложность в его определении.

Обычно в социально-психологической характеристике мотива мы обращаем прежде всего внимание на тот непосредственный источник, с которым связано возникновение того или иного побуждения. Каждый мотив с точки зрения его предметного обоснования имеет свою специфику. В этом отношении хулиганский мотив - мотив особенный. Он не имеет вовне сколько-нибудь «видимой» причины, которая бы объясняла возникновение этого мотива и совершение на его основе общественно опасных действий.

Ю., находясь в состоянии опьянения, разбил стекло в окнах Детсада и проник в помещение, где поломал мебель, детские игрушки, канцелярские счеты. Выбравшись через окно на улицу,

стал ломать изгородь. К нему подошла Б., жившая недалеко от детсада, и спросила его, что он тут делает. В ответ на это Ю. набросился на Б., стал душить ее. Когда Б. упала, Ю. нанес ей множественные удары ногами, деревянными брусками, обломками дерева. От полученных травм потерпевшая на месте происшествия скончалась.

Действия Ю. были квалифицированы по совокупности преступлений-по ч. 2 ст. 206 и п. «б» ст. 102 УК РСФСР 9.

Хулиганские мотивы- нередко именуют побуждениями беспричинными, иррациональными, лишенными всякого смысла, ничтожными. На самом деле хулиганские побуждения имеют свою, особую, характерную для них социальную детерминацию, которая заключается не столько во внешних обстоятельствах совершения преступления, сколько во внутренних условиях, определяемых социально-психологическими особенностями личности и обстоятельствами ее нравственного формирования.

Хулиганские действия, как правило, совершаются лицами, находящимися в нетрезвом состоянии и внешне выражаются в разрушениях, повреждениях, браваде, насильственных и других действиях, и поэтому их причину видят главным образом в пьянстве, изломанности психики.

Несомненно, опьянение в решающей мере способстьует проявлению хулиганских побуждений, поскольку оно значительно снижает контроль над помыслами и поступками человека. Тем не менее данный фактор, имеющий огромное значение в детерминации хулиганства, полностью еще не объясняет нам ни причину хулиганских проявлений, ни тем более особенности и социально-психологическое содержание мотивов, лежащих в их основе. Опьянение - лишь благоприятное условие проявления хулиганских побуждений. Опьянение не обязательно ведет к нарушению общественного порядка, на его основе могут возникать и другие мотивы. Для того чтобы опьянение способно было вызвать хулиганские побуждения, нужен не только внешний повод, необходимы субъективные условия для их возникновения.

В основе хулиганских побуждений лежит с i p e мление в вызывающей форме проявить себя, выразить нарочито-показное пренебрежение к обществу, другим людям, законам и правилам социалист ического общежития.

Нельзя объяснять эти побуждения чисто биологическими особенностями, врожденными, по примеру Фрейда, инстинктами, в частности инстинктом разрушения. Они коренятся не в биологической природе самой личности, а в социальных условиях ее формирования и воспитания. Нельзя также объяснять поведение хулигана исключительно парадоксальностью его мысли и извращенностью психики, хотя эти моменты, несомненно, имеют немаловажное значение в характеристике этих побуждений.

В основе хулиганских побуждений обычно лежит разнузданный эгоизм, чувство озлобленности и неудовлетворенности, дохо-

дящие иногда до безотчетной злобы и тупого отчаяния, вызванные явным расхождением между уровнем притязаний лица и имеющимися возможностями их осуществления. Чаще всего этот уровень притязаний является намного завышенным по сравнению с имеющимися возможностями, определяемыми не только личными особенностями, но главным образом объективными условиями их осуществления. Но уровень притязаний может быть и заниженным, что также не исключает чувства неудовлетворенности собой 10.

Однако дело не только в уровне притязаний и в расхождении между ними и фактическими возможностями их осуществления. Такое расхождение - необходимое свойство жизненных противоречий, с которыми сталкивается почти каждый. Все дело в том, как и с помощью каких средстз эти противоречия преодолеваются. Вот здесь-то на первый план выступают обстоятельства нравственного формирования и воспитания личности, в особенности обстоятельства, оказавшие решающее влияние на формирование личностной установки и системы влечений, потребностей, интересов.

Если человек воспитывался в таких условиях, когда элементарно не уважается личность и ее достоинство, когда поощряется лицемерие, насилие и жестокость в личных отношениях, то можно не сомневаться, что чувство неудовлетворенности чаще всего проявится у него в жестокости, насилии, цинизме и других, на первый взгляд, беспричинных действиях. Напротив, человек, воспитанный в иных условиях, несомненно, найдет иную форму разрешения этих противоречий. Следовательно, дело не в особенностях конкретной ситуации, в которой проявились хулиганские побуждения, а в особенностях воспитания и формирования личности. Основа хулиганских побуждений - бескультурье, невоспитанность, жестокость. Дикие помыслы и поступки порождаются дикими нравами и привычками.

Разумеется, в оценке таких побуждений, как хулиганские мотивы, нельзя не учитывать л индивидуально-психологические особенности личности. Личность не только воспитывается, но и воспитывает себя. И то, какие отношения войдут в структуру личности, зависит не только от характера отношений, окружающих личность, но не в последнюю очередь от особенностей самой личности. При этом влияние этих особенностей (например, особенностей темперамента, воли и т. д.) при совершении хулиганских действий может быть самым непосредственным.

Особенность хулиганских побуждений и совершенных на их основе одноименных действий заключается в том, что они (хулиганские побуждения) формируются под влиянием непосредственной ситуации. И в этом случае индивидуально-психологические особенности личности могут сыграть решающую роль в ее поведении и совершении общественно опасных действий.

Удивительный по фабуле и исключительно сложный в социально-психологическом отношении представляет случай, описанный в

очерке Аркадия Ваксберга «У крутого обрыва», опубликованном в «Литературной газете» от 24 октября 1973 г.

Некий Слугин, несовершеннолетний, дебошир н пьяница, терроризировавший весь поселок, где он проживал, на пустующей спортплощадке увидел женщину, «которая пошатывалась, держа под мышкой бутылку вина». «На, отпей»,- протянула она бутылку Слугину. Он отпил, потом вытащил нож и ударил ее несколько раз в спину. («Двенадцать колотых ран... повреждения тяжкие, опасные для жизни»,- из заключения экспертизы). От полученных повреждений наступила смерть потерпевшей.

Через некоторое время Слугин встретил несовершеннолетнего Бульбакова и «повел его к спортплощадке - поглядеть, что стало с той женщиной, которая осталась на земле истекать кровью». На пути, у края небольшого обрыва, они наткнулись на трех спящих мужчин, которые после того, как «обмыли» отпуск одного из них, тут же на спортплощадке уснули. Слугин имеющимся у него ножом и с помощью Бульбакова нанес им смертельные ранения, после чего они обыскали трупы. Взяли с собой «пару стоптанных туфель, разменную монету и пачку папирос». На суде виновные утверждали, что «убили без всякой причины». Оба, и Слугин и Бульбаков, признаны вменяемыми.

Данный случай уникальный не только по фабуле, но и по своему психологическому содержанию, по характеру мотивов совершения преступления.

Суд усмотрел в действиях виновных корыстный мотив убийства. Автор правильно выражает сомнение в такой оценке: мелкие предметы, взятые виновными у потерпевших, не определяли их поведения. Мотивация их преступных действий имеет более сложное психологическое содержание и характеризуется не столько мелкокорыстными интересами, сколько другими побуждениями. Главное в содержании их мотивов - это чувство безотчетной злобы и связанное с ним стремление выразить показное пренебрежение, проявить жестокость, силу. В отношении Слугина этот вывод не вызывает сомнения. Он был подготовлен к этому: многократно задерживался за хулиганство, систематически пьянствовал, нигде не работал. Но автор А. Ваксберг и психолог М. Кочнев, комментировавший этот случай, правильно отмечают, что большей загадкой представляется не Слугин, а Бульбаков, который из благополучной семьи и характеризуется как «незлобный, откровенный, вежливый». Очевидно, решающую роль в поведении Бульбадова сыграли личные особенности, в частности безволие. М. Кочнев справедливо отмечает, что поведение Бульбакова «заставляет задуматься над опасностью для общества таких тишайших парней, слабоволие которых может превратить их в орудие преступления» и.

Хулиганский мотив многолик. Именно это обстоятельство придает названному побуждению особую сложность, затрудняет определение хулиганского мотива и его отграничение от других побуждений.

Особенно много расхождений в судебной практике возникает в связи с разграничением преступлений, совершенных из хулиганских побуждений, с одной стороны, и по мотивам мести, а также по мотивам, связанным с выполнением потерпевшим своего служебного и общественного долга, с другой.

Что касается вопросов разграничения мести и хулиганских побуждений, то они будут рассмотрены несколько ниже. Здесь же коротко остановимся на признаках разграничения хулиганских побуждений и мотивов, связанных с выполнением потерпевшим своего служебного или общественного долга.

Трудность в разграничении этих мотивов вызывается тем, что как по внешним формам их выражения, так и по обстановке, в которой эти мотивы обычно находят свое проявление, они имеют много общего.

Основное в разграничении указанных мотивов - характер тех непосредственных обстоятельств, с которыми связывает виновный свое поведение, а именно, связывает ли он свое поведение с фактом выполнения потерпевшим служебного или общественного долга или иными обстоятельствами.

В основе побуждений, связанных с выполнением потерпевшим своего служебного или общественного долга, лежат такие мотивы, как месть за служебные или общественные действия потерпевшего, существенно затрагивающие интересы виновного или его близких, стремление воспрепятствовать законной деятельности этого лица, оказать сопротивление и избежать ответственности. При совершении преступлений из хулиганских побуждений данное обстоятельство - факт выполнения потерпевшим своего служебного или общественного долга - не имеет существенного значения в детерминации поведения виновного. Оно выступает как повод для выражения стремлений, характерных для хулиганских побуждений.

С, находясь в нетрезвом состоянии, проходил по улице и случайно задел плечом и локтем проходившую мимо гр. Ч., в связи с чем ее сын, Н., сделал С. замечание. В ответ на замечание Н. С, выражаясь нецензурно, набросился на Н., стал его избивать, причинив ему легкие телесные повреждения. Ч. пыталась пресечь избиение ее сына, но С. стал избивать ее, нанес ей сильный удар ногой по голове. От полученных повреждений потерпевшая на месте происшествия скончалась.

Действия С. были квалифицированы как убийство, совершенное в связи с выполнением потерпевшей своего общественного долга (п. «в» ст. 102 УК РСФСР) 12.

В действительности, факт выполнения потерпевшей своего общественного долга не играл в этом случае решающей роли и не с ним связывал виновный свое поведение. В основе его антиобщественного поведения лежали хулиганские мотивы -■ стремление выразить показное пренебрежение к элементарным правилам ■общежития, показать свою силу, удаль, жестокость. Именно эти

побуждения определяли поведение виновного, и поэтому его действия следовало бы квалифицировать по п. «б» ст. 102 УК РСФСР.

Многообразие форм, в которых могут проявляться хулиганские побуждения, объясняются главным образом условиями их внешней детерминации.

Решающее значение в определении содержания хулиганских мотивов, как уже отмечалось, имеют личностные особенности. Однако формируются эти мотивы под влиянием определенной жизненной ситуации, конкретных обстоятельств, сопровождавших совершение преступления.

Хулиганский мотив может приобретать характер безотчетной злобы, жестокости, озорства, цинизма и т. д. Но какую бы форму ни приобретал хулиганский мотив - в нем всегда выражается стремление как-то проявить себя, выразить показное пренебрежение к другим людям, обществу, законам и правилам общежития.

Мы публикуем текст постановления Пленума Верховного Суда России, направленное на обеспечение правильного и единообразного применения законодательства об уголовной ответственности за хулиганство и иные преступления, совершенные из хулиганских побуждений. Постановление это содержит целый ряд позиций, на которые нам хотелось бы обратить внимание наших читателей (см. раздел "Противодейсвите радикальному национализму"). Текст воспроизводится по публикации, размещенной на официальном сайте Верховного суда России.

О судебной практике по уголовным делам о хулиганстве и иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений

В целях обеспечения правильного и единообразного применения законодательства об уголовной ответственности за хулиганство и иные преступления, совершенные из хулиганских побуждений, Пленум Верховного Суда Российской Федерации постановляет дать судам следующие разъяснения:

1. В соответствии с законом уголовно наказуемым хулиганством может быть признано только такое грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, которое совершено с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы.

При решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, а также их интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства. Такие действия могут быть совершены как в отношении конкретного человека, так и в отношении неопределенного круга лиц. Явное неуважение лица к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним.

Суду надлежит устанавливать, в чем конкретно выражалось грубое нарушение общественного порядка, какие обстоятельства свидетельствовали о явном неуважении виновного к обществу, и указывать их в приговоре.

2. Под применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия, следует понимать умышленные действия, направленные на использование лицом указанных предметов как для физического, так и для психического воздействия на потерпевшего, а также иные действия, свидетельствующие о намерении применить насилие посредством этого оружия или предметов, используемых в качестве оружия.

3. При квалификации действий лица по пункту "а" части 1 статьи 213 УК РФ судам следует при необходимости на основании заключения эксперта устанавливать, является ли примененный при хулиганстве предмет оружием, предназначенным для поражения живой или иной цели. При наличии к тому оснований действия лица, применившего при совершении хулиганства оружие, должны дополнительно квалифицироваться по статье 222 УК РФ.

Под предметами, используемыми в качестве оружия при совершении хулиганства, понимаются любые материальные объекты, которыми, исходя из их свойств, можно причинить вред здоровью человека.

В случаях, когда в процессе совершения хулиганства лицо использует животных, представляющих опасность для жизни или здоровья человека, содеянное с учетом конкретных обстоятельств дела может быть квалифицировано по пункту "а" части 1 статьи 213 УК РФ.

4. Применение в ходе совершения хулиганства незаряженного, неисправного, непригодного оружия (например, учебного) либо декоративного, сувенирного оружия, оружия-игрушки и т.п. дает основание для квалификации содеянного по пункту "а" части 1 статьи 213 УК РФ.

5. При квалификации действий виновного как хулиганство, совершенное группой лиц по предварительному сговору, суды должны исходить из требований, предусмотренных частью 2 статьи 35 УК РФ. При решении вопроса о квалификации таких действий по части 2 статьи 213 УК РФ, судам следует иметь в виду, что предварительная договоренность должна быть достигнута не только о совершении совместных хулиганских действий, но и о применении оружия или предметов, используемых в качестве оружия, либо о совершении таких действий по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы любым из соучастников. Для квалификации содеянного не имеет значения, всеми ли лицами, договорившимися о совершении такого преступления, применялись оружие или предметы, используемые в качестве оружия.

В случае, если одно лицо в ходе совершения совместных противоправных действий при отсутствии предварительного сговора с другими участниками преступления применило оружие или предметы, используемые в качестве оружия, либо продолжило хулиганские действия по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, содеянное им при наличии к тому оснований подлежит квалификации по соответствующему пункту части 1 статьи 213 УК РФ (статья 36 УК РФ).

Действия других участников, не связанных предварительным сговором и не применявших оружие или предметы, используемые в качестве оружия, а также не совершавших преступные действия по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, не образуют состава указанного преступления. При наличии к тому оснований такие действия могут быть квалифицированы как мелкое хулиганство (статья 20.1 КоАП РФ).

6. В случае, если лицо вовлекло несовершеннолетнего в совершение преступления, предусмотренного статьей 213 УК РФ, его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью статьи 213 УК РФ и частью 4 статьи 150 УК РФ (за вовлечение несовершеннолетнего в преступную группу).

7. Как хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти либо иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка (часть 2 статьи 213 УК РФ), следует квалифицировать действия виновного в том случае, когда сопротивление оказано непосредственно во время совершения уголовно наказуемых хулиганских действий.

В тех случаях, когда сопротивление представителю власти оказано лицом после прекращения хулиганских действий, в частности в связи с последующим задержанием, его действия подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 213 УК РФ и соответствующей статьей Особенной части Уголовного кодекса РФ, предусматривающей ответственность за совершенное преступление (например, по статье 317 или статье 318 УК РФ).

8. Под сопротивлением представителю власти или иному лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка, следует понимать умышленные действия лица по преодолению законных действий указанных лиц, а также действий других граждан, пресекающих нарушение общественного порядка, например, при задержании лица, совершающего хулиганство, его обезоруживании, удержании или воспрепятствовании иным способом продолжению хулиганских действий.

9. Хулиганские действия, связанные с сопротивлением представителю власти, в ходе которого применено насилие, как неопасное, так и опасное для жизни и здоровья, надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 213 УК РФ и соответствующей частью статьи 318 УК РФ.

Если лицо при сопротивлении лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка или пресекающему нарушение общественного порядка, умышленно причинило ему тяжкий или средней тяжести вред здоровью либо совершило его убийство, содеянное при наличии к тому оснований следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 213 УК РФ и соответственно пунктом "а" части 2 статьи 111 УК РФ, пунктом "б" части 2 статьи 112 УК РФ или пунктом "б" части 2 статьи 105 УК РФ, как совершение указанных преступлений в отношении лица в связи с осуществлением им служебной деятельности или выполнением общественного долга.

10. К лицам, исполняющим обязанности по охране общественного порядка, следует относить военнослужащих, лиц, осуществляющих частную детективную и охранную деятельность, привлекаемых к охране общественной безопасности и общественного порядка, должностных лиц органов местного самоуправления, которые по специальному полномочию органа местного самоуправления осуществляют функции по охране общественного порядка. Под иными лицами, пресекающими нарушение общественного порядка, понимаются лица, хотя и не наделенные какими-либо полномочиями, однако участвующие в пресекательных действиях по собственной инициативе.

11. Имея в виду, что состав преступления, предусмотренный статьей 213 УК РФ, не содержит такого признака объективной стороны преступления, как применение насилия (причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести), и с учетом того, что при хулиганстве умысел направлен на грубое нарушение общественного порядка, в случаях, когда в процессе совершения хулиганства потерпевшему, а также лицу, исполняющему обязанности по охране общественного порядка либо пресекающему хулиганские действия, нанесены побои или причинен вред здоровью различной степени тяжести из хулиганских побуждений, содеянное надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных соответствующей частью статьи 213 УК РФ и частью (пунктом части) соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса РФ, предусматривающей ответственность за преступление против личности.

12. Судам следует отграничивать хулиганство, ответственность за которое предусмотрена статьей 213 УК РФ, от других преступлений, в том числе совершенных лицом из хулиганских побуждений, в зависимости от содержания и направленности его умысла, мотива, цели и обстоятельств совершенных им действий.

Под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека или его имущества, которые совершены без какого-либо повода или с использованием незначительного повода. При этом для правильного установления указанных побуждений в случае совершения виновным насильственных действий в ходе ссоры либо драки судам необходимо выяснять, кто явился их инициатором, не был ли конфликт спровоцирован для использования его в качестве повода к совершению противоправных действий. Если зачинщиком ссоры или драки явился потерпевший, а равно в случае, когда поводом к конфликту послужило его противоправное поведение, лицо не подлежит ответственности за совершение в отношении такого потерпевшего преступления из хулиганских побуждений.

Причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести или совершение убийства по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы при отсутствии иных признаков преступления, предусмотренного статьей 213 УК РФ, следует квалифицировать по соответствующим статьям, частям и пунктам Уголовного кодекса РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности (например, по пункту "е" части 2 статьи 112 УК РФ).

13. С учетом того, что субъективная сторона хулиганства характеризуется прямым умыслом, оскорбления, побои, причинение вреда здоровью человека различной степени тяжести, совершенные в семье, в отношении родственников, знакомых лиц и вызванные личными неприязненными отношениями, неправильными действиями потерпевших и т.п., при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью 1 статьи 213 УК РФ, должны квалифицироваться по статьям Особенной части Уголовного кодекса РФ, предусматривающим ответственность за преступления против личности.

14. Умышленное уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенные из хулиганских побуждений и повлекшие причинение значительного ущерба, следует квалифицировать по части 2 статьи 167 УК РФ.

В тех случаях, когда лицо, помимо умышленного уничтожения или повреждения имущества из хулиганских побуждений, совершает иные умышленные действия, грубо нарушающие общественный порядок, выражающие явное неуважение к обществу (например, с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия в отношении физического лица), содеянное им надлежит квалифицировать по части 2 статьи 167 УК РФ и соответствующей части статьи 213 УК РФ.

При решении вопроса о том, причинен ли потерпевшему значительный ущерб, судам следует исходить из стоимости уничтоженного имущества или стоимости восстановления поврежденного имущества, значимости этого имущества для потерпевшего, его материального положения.

15. Вандализм, совершенный по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, следует отличать от хулиганства, совершенного по тем же мотивам. При вандализме нарушается не только общественный порядок, но и причиняется вред имуществу путем осквернения зданий и иных сооружений, порчи имущества на транспорте или в иных общественных местах. В тех случаях, когда наряду с вандализмом (статья 214 УК РФ) лицо совершает хулиганство, ответственность за которое предусмотрена статьей 213 УК РФ, содеянное следует квалифицировать по совокупности названных статей Уголовного кодекса РФ.

16. Рекомендовать судам при установлении в ходе судебного разбирательства дел о хулиганстве, а также об иных преступлениях, совершенных из хулиганских побуждений, обстоятельств, способствовавших совершению преступлений, и нарушений прав и свобод граждан реагировать на эти обстоятельства путем вынесения частных определений (постановлений), обращая внимание соответствующих организаций и должностных лиц на указанные обстоятельства и факты нарушения закона, требующие принятия необходимых мер (часть 4 статьи 29 УПК РФ).

Председатель Верховного Суда Российской Федерации
В.М. Лебедев

Секретарь Пленума, судья Верховного Суда Российской Федерации
В.В. Демидов